Неточные совпадения
— Истина буддизма в аксиоме: всякое
существование есть страдание, но в страдание оно обращается благодаря желанию. Непрерывный рост страданий благодаря росту желаний и, наконец,
смерть — убеждают человека в иллюзорности его стремления достигнуть личного блага.
Только потому, что человек отчужден от самого себя и выброшен вовне, может явиться претензия победить трагизм
смерти, главный трагизм человеческого
существования.
Социальная борьба, отвлекающая человека от размышлений над своей судьбой и смыслом своего
существования, уляжется, и человек будет поставлен перед трагизмом
смерти, трагизмом любви, трагизмом конечности всего в этом мире.
Смерть стала необходимым актом жизни, а загробное
существование неведомым, но спасительным путем возрастания и укрепления духа.
«Мужество есть бесстрашие перед
смертью,
смерть же есть отдельное
существование души от тела; не боится этого тот, кто любит быть один (μόνος).
Вместо того, чтоб ненавидеть
смерть, она, лишившись своих малюток, возненавидела жизнь. Это-то и надобно для христианства, для этой полной апотеозы
смерти — пренебрежение земли, пренебрежение тела не имеет другого смысла. Итак, гонение на все жизненное, реалистическое, на наслаждение, на здоровье, на веселость на привольное чувство
существования. И Лариса Дмитриевна дошла до того, что не любила ни Гете, ни Пушкина.
В 1846, в начале зимы, я был в последний раз в Петербурге и видел Витберга. Он совершенно гибнул, даже его прежний гнев против его врагов, который я так любил, стал потухать; надежд у него не было больше, он ничего не делал, чтоб выйти из своего положения, ровное отчаяние докончило его,
существование сломилось на всех составах. Он ждал
смерти.
Тогда только оценил я все безотрадное этой жизни; с сокрушенным сердцем смотрел я на грустный смысл этого одинокого, оставленного
существования, потухавшего на сухом, жестком каменистом пустыре, который он сам создал возле себя, но который изменить было не в его воле; он знал это, видел приближающуюся
смерть и, переламывая слабость и дряхлость, ревниво и упорно выдерживал себя. Мне бывало ужасно жаль старика, но делать было нечего — он был неприступен.
Он теряет веру после
смерти горячо любимой матери, его возмущает духовно низменный характер жизни православного духовенства, из которого он вышел, он не может примирить веры в Бога и Промысел Божий с
существованием зла и несправедливых страданий.
Сереже становится горько. Потребность творить суд и расправу так широко развилась в обществе, что начинает подтачивать и его
существование. Помилуйте! какой же он офицер! и здоровье у него далеко не офицерское, да и совсем он не так храбр, чтобы лететь навстречу
смерти ради стяжания лавров. Нет, надо как-нибудь это дело поправить! И вот он больше и больше избегает собеседований с мамашей и чаще и чаще совещается с папашей…
Задача индивидуума и вселенной в том, чтобы излечиться от болезни, очистить свое тело, подготовить плоть к вечности, а не в том, чтобы ждать естественного перехода в другие формы
существования и надеяться на отделение души от тела путем
смерти.
Человек утверждается в своем своеволии и влачит природное
существование, подвластное необходимости и
смерти.
Все эти слухи и вести проникают в училище. Юнкера сами не знают, чему верить и чему не верить. Как-то нелепо странна, как-то уродливо неправдоподобна мысль, что государю, вершинной, единственной точке той великой пирамиды, которая зовется Россией, может угрожать опасность и даже самая
смерть от случайного крушения поезда. Значит, выходит, что и все
существование такой необъятно большой, такой неизмеримо могучей России может зависеть от одного развинтившегося дорожного болта.
Смерть есть не только бессмыслица жизни в этом мире, тленность ее, но и знак, идущий из глубины, указующий на
существование высшего смысла жизни.
Смерть нельзя понимать только как последнее мгновение жизни, после которого наступает или небытие, или загробное
существование.
Поэтому этически ложна та установка, которая ждет вечности в будущем как загробного
существования, ждет
смерти во времени, чтобы приобщиться к вечной божественной жизни.
Смерть не есть прекращение внутреннего
существования личности, а прекращение
существования мира, другого для личности, к которому она выходила в своем пути.
Вам кажется, будто вы-то именно и причина, что пропадает и погибает молодая жизнь, и вы (по крайней мере, думается вам так) готовы были бы лучше сами умереть за эту жизнь; но ничто уж тут не поможет: яд
смерти разрушает дорогое вам
существование и оставляет вашу совесть страдать всю жизнь оттого, что несправедливо, и нечестно, и жестоко поступали вы против этого существа.
Всем сотрудникам, ни разу не оставлявшим его редакцию за все время ее
существования, выдано было за несколько лет до его кончины по пяти тысяч рублей, а после его
смерти все лица, близко стоявшие к его газете, остались если не богатыми, то вполне обеспеченными людьми.
Но не успевает надежда согреть его
существование, как рассудком его всецело овладевает представление о
смерти.
В сущности, однако ж, в том положении, в каком он находился, если бы и возникли в уме его эти вопросы, они были бы лишними или, лучше сказать, только измучили бы его, затемнили бы вконец тот луч, который хоть на время осветил и согрел его
существование. Все равно, ему ни идти никуда не придется, ни задачи никакой выполнить не предстоит. Перед ним широко раскрыта дверь в темное царство
смерти — это единственное ясное разрешение новых стремлений, которые волнуют его.
И что же! — едва занялась заря осмысленного
существования, как за нею уже стоит
смерть!
Я не могу отрешиться от мысли, что я умер, прежде чем родился, и в
смерти возвращаюсь снова в то же состояние. Умереть и снова ожить с воспоминанием своего прежнего
существования, — мы называем обмороком; вновь пробудиться с новыми органами, которые должны были вновь образоваться, значит родиться.
Страдания и
смерть представляются человеку злом только тогда, когда он закон своего плотского, животного
существования принимает за закон своей жизни.
От этого-то, повидимому, и зависит выражение мира и успокоения на лице у большинства покойников. Покойна и легка обыкновенно
смерть каждого доброго человека; но умереть с готовностью, охотно, радостно умереть — вот преимущество отрекшегося от себя, того, кто отказывается от воли к жизни, отрицает ее. Ибо лишь такой человек хочет умереть действительно, а не повидимому, и, следовательно, не нуждается и не требует дальнейшего
существования своей личности.
Каждый чувствует, что он не ничто, в известный момент вызванное к жизни кем-то другим. Отсюда его уверенность, что
смерть может положить конец его жизни, но отнюдь не его
существованию.
Желание окончить с моим
существованием минутами было во мне так сильно, что я даже рада была бы
смерти, и потому, когда муж хотел убить меня, я, не укрощая его бешенства, скрестила на груди руки и стала пред пистолетом, который он взял в своем азарте.
У него, по
смерти отдаленного родственника, оказалось несколько тысяч рублей — и он решился прожить их за границею, перед поступлением на службу, перед окончательным возложением на себя того казенного хомута, без которого обеспеченное
существование стало для него немыслимым.
Хочет он узнать смысл и цель своего
существования, ему не говорят или же говорят нелепости; он стучится — ему не отворяют; к нему приходит
смерть — тоже против его воли.
И потому, как бы мы ни скрывали это от себя, мы не можем не видеть, что смысл жизни нашей не может быть ни в нашем личном плотском
существовании, подверженном неотвратимым страданиям и неизбежной
смерти, ни в каком-либо мирском учреждении или устройстве.
Страдания бедного Краснокутского кончились: в начале нынешнего месяца он угас;
существование его было так тяжело в продолжение десяти лет, что
смерть — награда.
На Западе, где многие беспокоились при виде могущественнейшей державы, внезапно явившейся на Востоке Европы, утешали себя тем, что это явление преходящее, что оно обязано своим
существованием воле одного сильного человека и кончится вместе с его
смертью.
Духовность в этом мире всегда остается связанной с опытом страдания, с противоречиями и конфликтами в человеческом
существовании, со стоянием перед фактом
смерти и вечности.
Что к
смерти Капочки был причастен Кржижановский, в этом княжна не сомневалась. Предсмертная исповедь покойной, оборванная на полуслове, давала возможность предполагать, что она хотела указать на
существование записки, но
смерть помешала ей. Княжна Александра Яковлевна решилась произвести следствие.
На этом разговор окончился. Княжна Баратова умышленно не продолжала его, чтобы не навести на мысль княжну Варвару о возможности
существования какой-нибудь записки, оставленной покойной Капитолиной Андреевной. Княжна Александра Яковлевна была убеждена, что такая записка есть. Она сделала этот вывод из того, что девушка, которая решилась открыть перед
смертью свою тайну подруге детства, должна была готовиться к этому еще при жизни.
Это борьба на жизнь и
смерть, борьба за
существование, как новейшие натуралисты определяют естественную смену поколений в животном мире.
Из них многие подверглись расточению, а многие распороли себе животы, предпочтя напрасную
смерть постыдному «фюить!», которое раздавалось в их ушах, беспрерывно угрожая их
существованию.
Он жил и дрожал — только и всего. Даже вот теперь:
смерть у него на носу, а он все дрожит, сам не знает, из-за чего. В норе у него темно, тесно, повернуться негде, ни солнечный луч туда не заглянет, ни теплом не пахнёт. И он лежит в этой сырой мгле, незрячий, изможденный, никому не нужный, лежит и ждет: когда же наконец голодная
смерть окончательно освободит его от бесполезного
существования?
Андрею Ивановичу вспомнился Барсуков и та картина
смерти, о которой он рассказывал; умирает рабочий и думает: «Для чего он все время трудился, выбивался из сил, — для чего он жил? Он жил, а жизни не видел… Какая же была цель его
существования?»
С этим мнением согласился весь город. Доктора погребли, и уже никто не говорил о насильственной
смерти.
Существование человека, у которого хватило бы низости и гнусности убить доктора, казалось невероятным. Ведь и гнусность имеет свои пределы. Не так ли?
Ты имеешь только два понятия о
существовании: жизнь и
смерть — как же Я объясню тебе третье?
Вот как она узнала о похищении из банка суммы, падавшей на мою ответственность. К ней хаживала вдова канцелярского служителя, оставшаяся после
смерти мужа с многочисленным семейством без всяких средств к
существованию. Агнеса помогала временами этой женщине. Приходит она к ней и рассказывает, что ее сына, лет двадцати пяти, служащего в общественном банке, единственного ее кормильца, посадили в острог по подозрению, что он был участником в расхищении сумм.
Борьба за неудовлетворенное самолюбие, борьба за оскорбленное и униженное человечество, наконец, борьба за
существование все это такие мотивы, которые имеют полное право на разрешение посредством
смерти.
Довольно мне знать, что если всё то, чем я живу, сложилось из жизни живших прежде меня и давно умерших людей и что поэтому всякий человек, исполнявший закон жизни, подчинивший свою животную личность разуму и проявивший силу любви, жил и живет после исчезновения своего плотского
существования в других людях, — чтобы нелепое и ужасное суеверие
смерти уже никогда более не мучило меня.
Деятельность людей, не понимающих жизни, во всё время их
существования направлена на борьбу за свое
существование, на приобретение наслаждений, избавление себя от страданий и удаление от себя неизбежной
смерти.
Но нас смущает то, что мы не видим причин и действий нашей истинной жизни так, как видим причины и действия во внешних явлениях: не знаем, почему один вступает в жизнь с такими свойствами своего я, а другой с другими, почему жизнь одного обрывается, а другого продолжается? Мы спрашиваем себя: какие были до моего
существования причины того, что я родился тем, что я есмь. И что будет после моей
смерти от того, что я буду так пли иначе жить? И мы жалеем о том, что не получаем ответов на эти вопросы.
Если же человек увидал, что другие личности — такие же, как и он, что страдания угрожают ему, что
существование его есть медленная
смерть: если его разумное сознание стало разлагать
существование его личности, он уже не может ставить свою жизнь в этой разлагающейся личности, а неизбежно должен полагать ее в той новой жизни, которая открывается ему. И опять нет противоречия, как нет противоречия в зерне, пустившем уже росток и потому разлагающемся.
Если же ты боишься потерять то, что не есть животное, то ты боишься потерять свое особенное разумное отношение к миру, — то, с которым ты вступил в это
существование. Но ведь ты знаешь, что оно возникло не с твоим рождением: оно существует независимо от твоего родившегося животного и потому не может зависеть и от
смерти его.
Смерть представляется только тому человеку, который, не признав свою жизнь в установлении разумного отношения к миру и проявлении его в большей и большей любви, остался при том отношении, т. е. с тою степенью любви, к одному и нелюбви к другому, с которыми он вступил в
существование.
Никакие рассуждения ведь не могут скрыть от человека той очевидной, несомненной истины, что личное
существование его есть нечто непрестанно-погибающее, стремящееся к
смерти, и что потому в его животной личности не может быть жизни.